Борис Балтер. Лекции по Евангелию от Марка. Лекция 40.

Я хочу вам напомнить, что вся эта глава, которую мы с вами читаем уже не первый раз, тринадцатая глава Евангелия от Марка, она вся посвящена тому, что в Церкви принято называть Малым Апокалипсисом, то есть повествованием, даже трудно это вот так, одним словом, одной фразой сказать, о чём. О конце времён, о Страшном Суде, оконце света.

И вот мы когда с вами в прошлый раз читали, да, по-моему, и не только в прошлый раз, я говорил о том, что в этом рассказе Христа Своим ученикам на самом деле наложено, как бы, несколько катастроф, которые просвечивают друг сквозь друга и таким образом они образуют единое какое-то целое. Это примерно как, я не знаю, как вот если витраж себе какой-нибудь представить, состоящий из нескольких слоёв, в котором один, в одном, один рисунок, в другом другой рисунок, но они все, как бы, вариации на одну и ту же тему. Они гармонично сочетаются, и когда мы сквозь витраж смотрим на свет, эти разные слои складываются для нас в единую картину. Здесь таких слоёв, ну, главных, скажем так, самых существенных для нас, три. Один из этих слоёв - это просто пророчество в прямом смысле этого слова. Это пророчество о падении Иерусалима, о разрушении Иерусалимского Храма, и с этим вместе событием - о конце вообще того мира, в котором существовали современники Христа, когда Он вот это говорил.

Вторая, второй, если так можно выразиться, слой, он уже имеет отношение не просто к еврейскому народу, а ко всему человечеству. Это повествование о конце времён существования всего человечества, то, что мы называем Страшным Судом, Апокалипсисом, концом света, там,
по-разному.

И наконец, третье, что, может быть, важнее всего вот для каждого из нас как для личности, - это то, что в этом повествовании заключено некое для нас провозвещение о конце нашего личного мира, нашей личной жизни. Повествование о нашей смерти и о том, что будет после неё.

И мы с вами, и когда, естественно, и когда слышим слова о нашей смерти, и когда слышим слова о конце света, мы всё это воспринимаем как что-то такое плохое, трагичное. И в каком-то смысле это, конечно, так. Это, с одной стороны, катастрофа. А с другой стороны, за этой катастрофой, как бы, открывается за, как за какой-то дверью, открывается другое. Открывается свет. Вот как в Апокалипсисе самом большом, вселенском мы читаем о том, что за катастрофой всего мира будет новое небо, новая земля, если можно так выразиться, пронизанные светом, где Бог будет существовать вместе с людьми; где вот всё то, что мы с такой болью видим в окружающем нас мире, всё зло - этого просто не будет.

Но, и если говорить о нашей с вами личной смерти, о конце нашего вот этого мира, который мы называем нашей жизнью, нам-то кажется, что это весь наш мир, а Церковь говорит нам, что нет, это не так. Это часть мира. Это, как бы, Старый Свет, а есть ещё Новый Свет, который будет после нашей смерти.

Так вот, ну вот буквально, мы когда здесь в прошлый раз читали, звучали такие слова вот от одной из наших прихожанок о том, вот как одной женщине, которая, там, ступила, как бы, ногой по ту сторону, как это часто бывает, и возвратилась из клинической смерти, Бог дал какие-то особые таланты именно после этого.

Понимаете, там это не только тяжелейшие, страшные для нас испытания. Это ещё и дары, которые нас ждут после этого испытания. Например, один из этих даров - это то, что, ну, как-то чувствуют в своих душах, ну, очень многие люди, даже далёкие от Церкви, и спрашивают об этом: "А вот я там встречусь ли с моими близкими?" Это вот есть такое ощущение в человеческой душе, что там, за этой гранью, мы встретимся со своими близкими.

И если вернуться уже от личного вот этого конца света к концу света всеобщему, общечеловеческому, то ведь по верованию Церкви после этого Страшного Суда состоится то, что называется греческим словом "апокатастасис", восстановление всех усопших, всех людей, которые
когда-то, когда-либо жили на земле. Вот. И они, как бы, вместе в этом новом мире и новом, вот если можно так выразиться, более обширном, более мирном, более светлом будут сосуществовать. Вот. То есть, то есть, мы там вот ещё и вот с этими встретимся. Не после нашей личной смерти, а после вот этого конца всего.

Вот эти три слоя - Иерусалим, наша личная смерть, конец всего
мира - просвечивают и в том, что мы читали раньше, и в том, что мы читали здесь, и что мы будем читать сегодня. И не всегда ясно даже: то, что говорит Христос, относится к чему? Вот к тому, там, к Иерусалиму,  или к концу всего света, или, может быть, к концу одной человеческой жизни? Самый к этому делу надёжный подход - вот это пытаться соотнести то, что Он говорит, и с одним, и с другим, и с третьим. Мы всегда какие-то ниточки, которые это связывают, которые позволяют такое соотнесение, найдём.

Хочу ещё вот что сказать. Вот так же, как за таким земным вполне, хотя и очень крупномасштабным событием, как крушение Иерусалима и Иерусалимского Храма, за этим просвечивает вот этот другой, духовный слой, Апокалипсис всеобщий, вселенский, вот так же мы можем научиться вот из этого, даже не из самого отрывка вот этого, который мы читаем, а из того, что за ним Христос нам, как бы, показывает вот этот не видимый обычными глазами слой - конец всего света. Мы так можем научиться подходить к событиям и нашей личной жизни, и событиям в истории человечества, увидеть, как бы, за ними духовный какой-то смысл.

Я вот вам приведу такой пример. Это просто, как бы, факт из жизни одного такого замечательного нашего с вами соотечественника, Даниила Андреева, который обладал вот даром, как бы, видеть и слышать вот этот другой мир. Вот он рассказывает, как, когда он был ещё подростком, он шёл по набережной недалеко от нынешнего Храма Христа Спасителя, и вдруг он над этим знакомым ему зрелищем Москвы тридцатых годов, ну, не самым, как вы понимаете, радостным зрелищем, учитывая всё, что в те времена творилось, он вдруг увидел за этой Россией земной, за ней и над ней Россию Небесную. Вот. Я не буду на этом детальнее останавливаться.

- Какую Россию?

- Небесную. Небесную.

И вот, понимаете, мы с вами так же. Когда мы глядим на всю ту труднейшую, трагическую историю существования всего человечества, нам надо стараться увидеть за этим не внушающим особой симпатии человечеством, нам знакомым, другое человечество, Небесное, которое будет вот по Слову Христа.

И так же, когда мы оглядываемся назад, на события своей жизни. Там есть много такого, что нас совсем не радует, что заставляет нас испытывать угрызения совести или просто жалеть, что мы поступили не так или не эдак. Иногда люди просто говорят про свою жизнь, что она, в общем, не удалась., то надо всегда за этими событиями видеть и другое, что за этим видимым нам слоем стоит другой слой - замысел Божий о тебе лично, о тебе, человеке, о твоей душе. Этот замысел исполнялся, если можно так выразиться, как музыкальное произведение - более гармонично или менее гармонично в твоей конкретной жизни, но важно, чтобы нам никогда не упускать это из виду, что мы-то живём, вот как, как, вроде как своим умом как умеем, так и живём. А за этим, на самом деле, стоит Замысел Божий в нашей жизни и в нашей смерти, и в том, что нас ожидает после нашей смерти. Это единый Замысел Божий.

- После смерти. Получается, что смерти не надо бояться?

- Вот если говорить о сегодняшнем событии, которое, смерти Патриарха Алексия, которой, конечно же все, как вы понимаете, огорчаются, вот слова одного из наших замечательных иереев, священников, произнесённые прямо над гробом Алексия, что мы, с одной стороны, по нему скорбим, а с другой стороны, он говорит, мы должны радоваться. Его устами вся Церковь говорит: и скорбеть, и радоваться одновременно.

Мы не можем не скорбеть, когда умирает кто-то из наших дорогих и близких. И это противоестественно совершенно было бы не скорбеть. Мы даже если себя будем заставлять, я думаю, у нас не получится, да и не надо себя заставлять. Это нормально. Но только эта скорбь не должна нами овладевать полностью. Мы за этим должны различать что-то другое, вот что нас ждёт. Если можно выразиться так поэтически, ту замечательную музыку, которая доносится из-за дверей смерти, куда мы не вхожи пока. Вот.

Вот такое это, такая эта глава, таков этот текст, этот Малый Апокалипсис. Вот он такой комплекс, если можно сказать, включает, все эти слои.

Хочу вот ещё о чём сказать. Вот именно в том, о чём мы с вами прочтём сегодня, особенно звучит чётко призыв Христа бодрствовать. Он несколько раз повторяется. Я прочту это так, как сказано в Евангелии от Марка, вот которое мы читаем, и в дополнение к этому прочту гораздо более расширенный текст, это вот что говорит по этому поводу Христос в Евангелии от Матфея.

Что такое призыв бодрствовать? Это призыв не спать. Но в каком смысле не спать? В первую очередь, это быть внимательными к событиям в нашей жизни. В первую очередь нашей личной и ко всему тому, что вокруг нас. Потому что Господь посылает нам массу знаков, относящихся и ко мне лично, к моей жизни, и ко всему человечеству. Просто надо не ходить по жизни с закрытыми глазами, а стараться это увидеть, вплоть до того, как наша Нонна Ивановна.

Вы ведь помните, когда она сломала ногу, её первый вопрос был: что мне Бог хочет этим сказать? Вот оно - христианское отношение. Ну, вроде бы, надо огорчаться, там, как говорится, сокрушаться - вот какое несчастье. А вот такая вот, такая вот христианская душа, она вот так на это всё смотрит: что мне Бог хочет этим сказать?

Призыв бодрствовать - это призыв быть внимательными, всматриваться в то, что нас окружает, видеть за событиями привычной нам жизни, вроде мы всё это знаем уже досконально, от А до Я, вот пытаться за этим увидеть то, чего мы не знаем, те знаки, которые нам посылает Господь.

И хочу в связи с этим призывом бодрствовать сказать ещё вот что. В том, что мы прочли с вами в прошлый раз, если вы помните, звучит призыв Христа к поспешности в эти дни катастрофы, и не совсем понятно, куда спешить. То есть, Христос говорит: "Надо спешить, чтобы спастись. Кто на кровле, тот не входи в дом и не входи взять что-нибудь из дома своего. Кто на поле, тот не обращайся назад взять одежду свою. Бегите скорее, пока есть время", - говорит Христос, не говоря даже, о какой катастрофе, какую катастрофу Он имеет в виду.

Ну, мы понимаем, если речь идёт о катастрофе Иерусалима, кода взяли в осаду римские войска, тогда люди действительно убегали в горы, и, кстати, вся христианская община, она не попала в эту осаду. Она, видимо, так сказать, поняв по словам Христа, что впереди, она убежала до того, как Иерусалим был окружён римскими войсками.

Ну, а если говорить о нашей личной жизни, об её конце, вот когда эта катастрофа её ждёт в конце? Если говорить о существовании всего человечества, о вот том, что мы называем таким неприятным словом, как Страшный Суд? Куда тогда-то бежать? Куда тогда убежать, в те времена? В какие горы тогда можно убежать?

Это, конечно же, не те горы вот земные. Это горы духовные. Любая гора, она служит символом приближения к Богу. То есть, вот человек, когда он чувствует, что к нему приближается вот эта катастрофа, неважно, вселенская катастрофа, конец всего света или конец моей жизни, он должен бежать в эту духовную гору, стараться, как альпинист, забраться повыше, приблизиться поближе к Богу.

Я хочу вам сказать, что очень многим людям, вот когда они чувствуют, что конец их жизни приближается, у них естественно возникает ощущение, что надо к Богу подтянуться поближе. Многие крестятся, например, что называется, за пять минут до смерти. Ну, и вообще просто это свойственно людям уже в пожилом возрасте как-то больше ориентироваться не на, ну,  привычную нам бытовую жизнь, а больше всё-таки ориентироваться на Бога. Это больше свойственно людям пожилым, чем молодым. Вот это и означает "бегите в горы", и в этом вопросе Господь нас призывает к поспешности.

Что означает эта поспешность? Она идёт, как бы, в паре с этим призывом Христа бодрствовать, с призывом к готовности. Христос хочет сказать нам, знаете, примерно то, что вот сейчас говорится со всяких там политических трибун, - окно возможностей.

Вот эта вот катастрофа, этот конец - это ограниченное по времени, это окно возможности для нас. Мы должны, во-первых, быть внимательны, чтобы понять, что вот оно, вот наступило время принятия решений. И это одно - всматриваться в это, бодрствовать, не спать, не пропустить. И когда мы это поймём - действовать быстро, потому что оно пройдёт, это время.

Вот ещё раз, возвращаясь вот к этой, конечно, горящей для нас всех теме конца нашей собственной жизни. Есть такое вот, у многих людей это будет интуитивное ощущение, а в Церкви это просто такая, как бы, принятая норма, что Господь нас после нашей смерти спросит. О чём спросит? Я сейчас скажу, мы будем читать.

И вот для того,чтобы Ему дать ответ на этот Его вопрос, вот у нас будет какое-то ограниченное время. Если мы не будем знать, что Ему ответить, если мы будем мямлить, вспоминать какие-то события своей жизни, пытаться тогда сделать то, что мы должны были понять вот здесь ещё, в этой жизни, - мы можем пропустить. Не успеть.

Знаете, есть такие замечательные слова Высоцкого, я его очень люблю, в его последнем стихе: "Мне есть,что спеть, представ перед Всевышним, Мне есть, чем оправдаться перед Ним". Вот понимаете, мы ещё в этой жизни должны как-то пытаться на свою жизнь посмотреть глазами вот Бога и попытаться найти: ну, что, чем мы можем оправдаться перед Ним? Что мы можем Ему спеть? Ну, не в прямом смысле, как Высоцкий, песню, а какую-то из нашей жизни песню. Что мы Ему споём в ответ на Его вопрос?

- А как говорят: на Бога надейся, а сам не плошай, не оплошай?

- Вы знаете, самый лучший способ, на самом деле, не плошать, не оплошать - это именно оглядываться на Бога. Когда мы начинаем, начинаем не плошать своим умишком маленьким, получается плохо.

- А как же не оплошать, скажите, пожалуйста?

- Ну, понимаете, у этой пословицы один есть смысл. Я, как бы, не хочу касаться смысла вот этой пословицы, ну, как, как она в народе бытует. Я хочу сказать вот, как нам её для себя, для христиан, как нам её понять и принять. Очень просто. Надеяться на Бога - это не значит ждать, что Он за тебя всё сделает, а ты можешь сидеть сложа руки. Надеяться на Бога - это значит попросить у Него, спросить Его: "Господи, чего Ты хочешь от меня?" И быть внимательным и умным, чтобы понять, чего Он от тебя хочет. И когда ты это поймёшь - сделать это. Это значит, ты не оплошал. И тогда Господь, как сказано вот в Евангелии, скажет нам: "Хорошо, добрый раб и верный!" Вот мы с вами сегодня будем это читать.

И вообще, давайте начнём уже читать, потому что у нас довольно большой сегодня текст. В Марке он небольшой, а вот в Евангелии от Матфея он довольно большой, а я хочу обязательно это прочесть, потому что Матфей раскрывает то, о чём в Марке сказано кратко.

Итак, давайте начнём с двадцать шестого стиха тринадцатой главы Евангелия от Марка.

"Тогда увидят Сына Человеческого, Грядущего на облаках с силою многою и славою. И тогда Он пошлёт Ангелов Своих и соберёт избранных Своих от четырёх ветров, от края земли до края неба. От смоковницы возьмите подобие: когда ветви её становятся уже мягки и пускают листья, тогда знаете, что близко лето. Так и когда увидите то сбывающимся, знайте, что близко, при дверях. Истинно говорю вам: не прейдёт род сей, как всё это будет. Небо и земля прейдут, но слова Мои не прейдут. О дне же том или часе никто не знает, ни Ангелы Небесные, ни Сын, знает только Отец. Смотрите, бодрствуйте, молитесь, ибо не знаете, когда наступит это время. Подобно как бы кто, отходя в путь и оставляя дом свой, дал слугам своим власть и каждому своё дело и приказал привратнику бодрствовать. Итак, бодрствуйте, ибо не знаете, когда придёт Хозяин дома: вечером, или в полночь, или в пение петухов, или поутру, чтобы, придя внезапно, не нашёл вас спящими. А что вам говорю, говорю всем: бодрствуйте".

Вот эти слова, эта притча о Хозяине дома, Который вот, как бы, оставляет нам этот мир, вот жить, как мы своим умом можем жить. А на самом деле Он вернётся и спросит с тех, кого Он оставил. На самом деле эта тема, она гораздо шире раскрывается в Евангелии от Матфея. Вот это то, что я хочу вам прочесть.

Двадцать четвёртая глава Евангелия от Матфея. Ну, вот найдите, или давайте я вам скажу, где. Вот это страница сорок девять, сороковой стих Евангелия от Матфея.

Вообще в Евангелии от Матфея,как и в Евангелии от Луки, этот Малый Апокалипсис тоже излагается и во многом перекрывается с Евангелием от Марка. Я прочту то, чего нет в Евангелии от Марка.

"Тогда, - то есть вот тогда, в этот День Господень, великий и страшный, как говорится в Ветхом Завете, - тогда будут двое на поле: один берётся, другой оставляется; две мелющие в жерновах: одна берётся, а другая оставляется".

Мы себя можем спросить: ну, вот такие вот два одинаковых. Почему один берётся, а другой оставляется? Ответ на самом деле простой, но к нам требовательный: потому что один, одна готова, а другая нет. Идти с Богом. Вот Он её берёт. И в продолжение этого, поэтому Он говорит в сорок втором стихе: "Итак, бодрствуйте, ибо не знаете, в который час Господь ваш приидет. Но это вы знаете, что если бы ведал хозяин дома, в какую стражу придёт вор, то бодрствовал бы и не дал бы подкопать дома своего. Потому и вы будьте готовы, ибо в какой час не думаете, приидет Сын Человеческий".

Вы понимаете, что вот если говорить о нашей жизни с вами, то, конечно, никто из нас не знает, в какой час Господь за нами придёт. Так что это и ко всему человечеству относится, и к каждому из нас тоже.

"Кто же верный и благоразумный раб, которого господин поставил над слугами своими, чтобы давать им пищу вовремя? Блажен тот раб, которого господин его, придя, найдёт поступающим так. Истинно говорю вам, что он над всем имением поставит его. Если же раб тот, будучи зол, скажет в сердце своём: "не скоро придёт господин мой", и начнёт бить товарищей своих и есть и пить с пьяницами, то придёт господин раба того в день, в который не ожидает, и в час, в который не думает, а рассечёт его, и подвергнет одной участи с лицемерами. Там будет плач и скрежет зубов". Там - это, в сущности, то, что мы называем адом.

Что здесь имеется в виду? Кто этот раб? Я хочу, так сказать, только две короткие вещи об этом сказать. С одной стороны, этот раб, которого господин оставил за своим домом следить и управлять домом своим, - это человек на земле, всё человечество на земле. В первых же главах Книги Бытия читаем, что Господь так человека создал, как хозяина этому земному дому, который в нём как бы управитель от Имени Господа. Это одно. И второй смысл - то, что мы называем "своё я, моя личность". Это то, что Господь поставил, чтобы управлять этим моим телом, силами моей души, многочисленными, разнообразными, в том числе и теми, о которых я даже не знаю. Мы ведь многого не знаем, что в нашей душе есть, какие силы, возможности и так далее. И вот как мы управляем всем этим? Пьём, напиваемся, как здесь сказано?

И ещё здесь сказано: "Раб злой скажет в сердце своём: ещё не скоро придёт господин мой". Вот это ответ на вопрос, почему мы не знаем, как здесь сказано, мы не знаем, когда придёт Сын Человеческий, не знаем, в который час. Да потому что, если бы мы, как всё человечество, знали бы, что вот придёт Господь, ну, там, через миллион лет, то мы бы сказали: "Ну, там, вот поближе когда поближе к этому времени будет, тогда о Боге и подумаем. А сейчас чего нам о Боге думать? Давайте есть, пить и веселиться!"

И точно так же применительно к нашей жизни. Мы, в общем-то, конечно, в молодости вот именно так, как этот раб, и думает, что не скоро Он придёт, Господь. А Он может прийти и скоро. Он и за молодыми, как вы знаете, приходит.

Вот это наша такая общечеловеческая ошибка, что мы всё считаем, что не скоро, не скоро. А Господь именно хочет от нас, чтобы мы были готовы в любой момент. Он, даже если Он Сам знает, что Он придёт нескоро, может, ещё, там, через много десятков лет Он за мной придёт. Он хочет, чтобы я был готов сегодня, потому что это мне нужно. Для моего духовного роста нужно, чтобы я был готов к встрече с Ним уже сегодня, даже если Он-то знает, что это ещё нескоро.

И вот ещё. В двадцать пятой главе. Читаем дальше Евангелие от Матфея. Это следующая притча на ту же тему.

"Тогда подобно будет Царство Небесное десяти девам, которые, взяв светильники свои, вышла навстречу жениху". Ну, здесь надо понять, что не Царство Небесное подобно девам, а это мы, люди, подобны этим девам, среди которых, как мы сейчас прочтём, есть и мудрые, и неразумные. А Царство Небесное, Бог - это и есть тот самый Жених, с которым мы и готовимся к встрече.

"И вот из этих дев пять было мудрых и пять неразумных. Неразумные, взяв светильники свои, не взяли с собою масла. Мудрые же вместе со светильниками своими взяли масла в сосудах своих. И как жених замедлил, что задремали все и уснули. Но в полночь раздался крик: вот, жених идёт, выходите навстречу ему! Тогда встали все девы те и поправили светильники свои. Неразумные же сказали мудрым: дайте нам вашего масла, потому что светильники наши гаснут. А мудрые отвечали: чтобы не случилось недостатка и у нас, и у вас, пойдите лучше к продающим и купите себе. Когда же пошли они покупать, пришёл жених, и готовые вошли с ним на брачный пир, и двери затворились. После приходят и прочие девы и говорят: Господи, Господи, отвори нам! Он же сказал им: истинно говорю вам, не знаю вас. Итак, бодрствуйте, потому что не знаете ни дня, ни часа, в который придёт Сын Человеческий".

Вот об этих девах, так сказать, два слова комментария. Нам могут эти мудрые девы показаться какими-то таким жадными. Что это они вот не поделились в этими? Но они именно, что они мудрые, они понимают: они сейчас отдадут половину своего масла, и к моменту, когда придёт жених, погаснут все светильники, и будет темно. А в момент, когда приходит Жених, то есть Господь наш, должно быть светло. Это о нас. Мы в своих душах должны это масло копить, вот как эти мудрые, которые не только в светильник налили масло, они ещё про запас его взяли в каких-то флягах дополнительное масло.

Понимаете, мы с вами здесь сидим, читаем, молимся. Мы это масло в своих душах накапливаем. И вот его должно хватить, чтобы, когда кончится эта наша земная жизнь и начнётся другая жизнь, чтобы нам было чем осветить свой путь в эту другую жизнь, когда вот во встречу с Женихом, если так можно выразиться.

И, как видите, здесь тот же призыв, который Господь нам повторяет с разных сторон, как бы разными гранями опять: бодрствуйте! Эти все притчи, они все об одном: бодрствовать! Поэтому я и говорю, что вот Евангелие от Матфея, оно нам раскрывает многограннее здесь то, что в Евангелии от Марка мы прочли кратко, как одно слово: призыв "бодрствуйте!"

И вот дальше идёт знаменитая притча о талантах, которая тоже на самом деле об этом. О том, что мы должны быть готовы.

"Ибо Сын Человеческий поступит, как человек, который, отправляясь в чужую страну, призвал рабов своих и поручил им имение своё. И одному дал он пять талантов, другому два, иному один, каждому по его силе, и тотчас отправился".

Ну, мы с вами сегодня слово "талант" понимаем как талант петь, или стихи писать или что-то ещё. Но это слово, такое понимание слова "талант" отсюда, из Библии, происходит, потому что изначально талант - это слиток золота. Вот здесь Господь даёт слитки золота, как бы. Но под этим, конечно, подразумеваются именно таланты духовные, которые даёт Бог людям. И вот Он раздал разным людям разное количество талантов.

"Получивший пять талантов пошёл, употребил их в дело и получил другие пять талантов. Точно так же и получивший два таланта приобрёл другие два. Получивший же один талант пошёл и закопал его в землю и скрыл серебро господина своего".

Ну, тут, имеется в виду, видимо, не золотой, а серебряный талант. Вообще, талант - это мера веса, примерно тридцать килограммов. Но даже если это тридцать килограммов не золота, а серебра, это всё равно много.

"По долгом времени приходит господин рабов тех и требует у них отчёта".

Вот это долгое время для каждого из нас - это конец нашей жизни, когда Господь потребует у нас отчёта в тех дарах, которые Он нам вручил ещё при рождении, а потом продолжал давать в течение нашей жизни.

"И, подойдя, получивший пять талантов принёс другие пять талантов и говорит: господин, ты дал мне пять талантов, вот другие пять талантов я приобрёл на них. Господин его сказал ему: хорошо, добрый и верный раб!"

Вот эти слова - это то, что мы с вами жаждем, хотим услышать от Господа по нашей кончине, чтобы Он нам сказал: "Хорошо, добрый и верный раб!"

"Хорошо, добрый и верный раб! В малом ты был верен - над многим тебя поставлю. Войди в радость господина твоего".

Я хочу сказать, что это малое - это наша земная жизнь. Мы ею так дорожим, она кажется нам такой драгоценной. Это, на самом деле, то малое, в чём мы должны быть верны. А когда Господь нам после нашей смерти, если мы будем вот такими добрыми и верными Его рабами, даст нам, вот как здесь Он сказал, "над многим тебя поставлю", то мы увидим, что всё, что мы имели в этой жизни, - это малость.

"Подошёл также и получивший два таланта и сказал: господин, два таланта ты дал мне; вот, другие два таланта я приобрёл на них. Господин его сказал ему: хорошо, добрый и верный раб! В малом ты был верен - над многим тебя поставлю. Войди в радость господина твоего".

Смотрите, ну, вроде бы, есть разница. Пять талантов больше, чем два. А Господу это всё равно. Он им говорит абсолютно, буквально одни и те же слова. И Христос специально это так говорит, чтобы мы, не дай Бог, не подумали, что у Бога есть предпочтение в пользу того, у кого пять талантов, перед тем, у кого два таланта. Нет. Для Господа все хороши - и у  кого и два, и пять, и один, и пол-таланта. Лишь бы они пустили их в дело и на них приобрели ещё что-то.

А что такое - приобрести на эти таланты ещё что-то? Ну, об этом можно много говорить. Возможности для нас употребить свои таланты, данные нам от Бога в этой жизни, ну, они поистине безграничны.

Представьте себе человека, которому Господь вот дал дар пера. Вот писатель, он может писать. Сколько он может, в разнообразных каких направлениях его употребить! И роман написать может, и какую-нибудь молитву может написать, и вот как, скажем, Отцы Церкви, они вообще написали всю церковную службу, тоже вот, как Иоанн Златоуст, владея этим даром пера. Разное.

У человека очень много возможностей, важно только их употребить. И мне кажется, что во всех этих возможностях самое главное - это то, что эти наши таланты, которые даны нам лично, должны быть поставлены на службу нашим братьям, другим людям. Потому что Господь нам даёт эти таланты не для того, чтобы мы на них сидели, как скупой рыцарь на своих сундуках, а ради того, чтобы мы ими делились с другими людьми. Вот.

И вот на самом деле человек, который отдал два таланта, которые у него были, другим людям, он их не отдал. При нём два таланта эти остались, а у другого человека, которому он их отдал, тоже появилось два таланта. Вот так это приумножилось, если можно так выразиться.

Ну, вот вам ещё такой пример из литературы, которая мне близка. Вот поэт, человек. Он слышит вот эту небесную музыку в своей душе. Вот он её написал, вот у него есть такой талант - и тысячи людей вместе, как бы, через него тоже получили этот талант слышать музыку этих небес через его стихи. Понимаете? Вот что означает приобрести другие таланты. Не для себя, а для других.

"Но подошёл получивший один талант и сказал: господин! я знал тебя, что ты человек жестокий, жнёшь, где не сеял и собираешь, где не рассыпал, и, убоявшись, пошёл и скрыл талант твой в земле. Вот тебе твоё."

То есть, он, как бы, с упрёком, возможно, и обоснованным, к своему господину: что ж ты, господин, ты бы сам свои таланты умножал, торговал на них, если тебе надо. А то ты мне дал, а что я с этим талантом делать? Мне с ним ничего не интересно делать. Тебе надо - ты и делай.

Вы знаете, на самом деле есть люди, которые про себя так Богу говорят: Господи, - если они вообще в Бога верят, - говорят: ну, вот я какой есть, такой есть. Или даже иногда грубо говорят, извините за грубое слово: ну, вот такое я дерьмо. Ну что. что со мной делать? Так пьяницы часто иногда говорят. Вообще, это мы часто слышим.

Вот такому человеку Господь отвечает, как здесь говорит Христос: "Господин же его сказал ему в ответ: лукавый раб и ленивый! Ты знал, что я жну, где не сеял, и собираю, где не рассыпал".

То есть, Господь не отрицает. Он говорит: да, Он такой. Он раздаёт другим эти таланты, чтобы те за Него работали, за Бога. Понимаете? Бог нам даёт таланты, чтобы мы на земле за Него, за Бога, работали. А мы Ему говорим: а что это, Господи? Сам работай, если Тебе надо, на этой земле. Представляете?

И говорит дальше Господь: "Посему надлежало тебе отдать серебро моё торгующим, и я, придя, получил бы моё с прибылью".

Что имеется в виду? Поставь свой талант, который тебе дали, да ты даже не знаешь, как им распорядиться, на службу кому-нибудь. Найди себе учителя, найди себе духовного руководителя, любого, и следуй за ним, если ты сам не знаешь, что делать со своим талантом. Вот надо надо понимать понимать под словами "отдать серебро торгующим".

И говорит Господь: "Возьмите у него талант и дайте имеющему десять талантов. Ибо всякому имеющему дастся и приумножится, а у не имеющего отнимется и то, что имеет".

Вот эти трудные слова, они не то означают, что Господь любит богатых, а бедные пускай становятся ещё беднее. Нет. Они означают, что у неблагодарных Богу отнимаются и те дары, за которые они должны были Бога благодарить, и отдаются тем, кто умеет Бога благодарить. А как мы Его можем благодарить?

Ну, понятно: словами, молитвами, движением нашего сердца к Нему. Это так. Но и делами. Делами этой жизни, направленными на нашего ближнего. У нас всегда есть кто-то, кому можно сделать добро. Вот такого я ещё ни одного человека не видел. Человек иногда к старости остаётся без друзей, без родственников, почти без никого. И всё равно, если хочешь кому-то сделать добро, даже вот в самые пожилые года - найдёшь, кому его сделать. Просто хотя бы добрым словом. Господь очень высоко ценит вот это добро, оказанное добрым словом.

А вот что говорит Господь, это дальше, в заключении, тому, кто вот таким оказывается негодным рабом, который отказывается с Богом сотрудничать и не благодарен Ему за Его дары.

Господь говорит: "А негодного раба выбросьте во тьму внешнюю. Внешнюю. Там, где нет Бога. В ту тьму, где пребывает дьявол и все силы тьмы. Там будет плач и скрежет зубов. Сказав сие, Иисус возгласил: кто имеет уши слышать, да слышит!"

Эти слова Христос говорит в редких случаях. Только тогда, когда содержится в том, что Он сказал до этого, какое-то очень важное поучение. Вот тут для нас это очень важное поучение, в этой притче о талантах. И я хочу сказать, что вот моём, как бы, видении тот вопрос, который нам Господь даст, задаст по нашей смерти - это в первую очередь вопрос о талантах: "Я тебе дал таланты. Что ты с ними сделал?" А мы Ему, может быть, мы Ему скажем: "Господи, какие Ты мне таланты? Я обычный человек! Нет у меня никаких талантов!"

Нельзя ни в коем случае так отвечать. Это мы окажемся в положении вот этого раба, неблагодарного раба, потому что дал Он нам таланты. Он всем даёт. Нет человека, которому Господь ничего бы не дал. Вот.

Вот всё. Я на Евангелии от Матфея хочу на этом закончить и возвратиться к Евангелию от Марка, потому что всё-таки это наш основной текст, я хочу хотя бы быстро его пройти, как говорится, стих за стихом, чтобы не осталось тут неясности.

Двадцать шестой стих.

"Тогда увидят Сына Человеческого, грядущего на облаках с силою многою и славою". Это то, что называется Второе Пришествие, Пришествие Мессии во славе. Я вам хочу сказать, что вот этот, как бы, спор евреев с христианами, он, эта его вот некая трагичность состоит в том, что евреи ждали Мессию во славе, а христиане и не отрицают, что Мессия придёт во славе, только это будет Второе Пришествие, а не Первое. А Первое Пришествие Мессии - это пришествие на крест. А Пришествие во славе будет тоже. То есть, на самом деле, нет у христиан расхождения с иудеями по этому вопросу о том, что должен быть Мессия во славе.

Двадцать седьмой стих.

"И тогда пошлёт Он Ангелов Своих и соберёт избранных Своих от четырёх ветров, от края земли до края неба".

Мы можем себя спросить: кто эти избранные? И здесь есть два смысла. Первый - это те праведники, те, можно сказать, святые люди, которые, вот они с Господом были ещё при этой жизни, и Господь их сразу забирает к Себе вот в этот последний день. То есть, они тоже, конечно, умирают, они тоже, конечно, пребывают, так сказать, со всеми людьми вот в этом непонятном состоянии до Страшного Суда, но Господь их на суд не посылает. Он их забирает прямо к Себе. Это одно понимание.

А другое понимание, что всё-таки эти избранные Его - это всё человечество, подавляющее большинство людей, за исключением тех, я надеюсь, немногочисленных, людей, которые, которых не то, что Господь не избрал, а которые сами Бога не избрали, сами от Него отказали, сами, как тот негодный раб, о котором мы читали вот с вами только что, сказали: Господин, Ты мне не нужен, мне неинтересно, занимайся Своими делами Сам. А, а все остальные люди, подавляющее большинство, они избранные и любимые Богом.

Так что же это, всё-таки, - только святые или все люди? Нельзя сказать. Здесь тоже происходит наложение двух планов прозрачных друг на друга. Одно - это Господь призывает к Себе Своих святых, другое - Господь призывает к Себе всех людей. На самом деле, по верованию Церкви, и то, и другое произойдёт, но вот в какой последовательности - мы этого по этим словам Христа восстановить не можем из-за того что это, так сказать, как бы, единая картина тут нарисована.

Двадцать восьмой стих.

"От смоковницы возьмите подобие: когда ветви её становятся уже мягки и пускают листья, тогда знаете, что близко лето".

А дальше, мы с вами это прочли, Господь говорит, что "а о дне том и часе знать вы не можете, и даже Ангелы не могут, и даже Сын, то есть Иисус Христос, не знает".

Вот смоковница для нас, это же не дерево смоковница имеется в виду. Имеется в виду знак. Вы не можете знать конкретного времени - в таком-то месяце такого-то года будет конец света. Вы знаете, это у нас часто очень любят предсказывать. И вот на двухтысячный год было это предсказание, и до этого были эти предсказания. Их все и не перечислишь, их десятки были за время предсказания христианства, существования христианства, что вот, будет конец света.

Господь говорит: вы времени-то не знаете, но есть признаки. Вот как вы смоковницу видите, она распускается, видите, что будет лето. Вот такие же признаки будут. Вы не будете знать времени, но вы можете различить знаки того времени, если будете внимательны.

Хочу сказать по поводу этого сравнения со смоковницей. Во-первых, смотрите, как Он говорит: близко лето. Мы, когда говорим о Страшном Суде,нам кажется,что это начало чего-то такого очень страшного. То есть, это как будто осень, за которой наступит суровая зима. А это не осень. Это весна. За ней лето наступит. За этим, что мы называем концом времён, Апокалипсисом, концом времён. Вот. Надо так это понимать. Будет это весна мира, а не осень мира, Страшный Суд. Не конец, а начало.

Ещё. Мы когда читаем о смоковнице, неизбежно возникает ассоциация с той бесплодной смоковницей, про которую мы с вами прочли, но это уже было довольно давно, месяц или два назад, которую Христос проклял, и она засохла. О чём это? Смоковница показала знак вот этот. На ней были листья. И вот если ты показал знак, ты должен дать плод. Это относится ко всему человечеству и к каждому из нас.

Много людей есть вот таких, которые вот, примерно, как я сейчас с вами, разговаривают о Боге, и, как бы, говорят слова и дают знак. Но даём ли мы, вот говорящие, дающие знаки, даём ли мы плод? Всегда ли мы даём плод? Вот Господь нас предупреждает притчей о бесплодной смоковнице, что нужно давать плод. А как же,  аведь там же сказано, что, а было не время плодов, и не могло быть плода. И мы иногда так про себя думаем: Ну Господи, ну, какой от меня может быть плод? Вот я уже такой, и старый, и немощный, и уже у меня и, так сказать, голова не очень хорошо варит. Какой тут может быть плод?

Господь, говорящий этой смоковнице, Он не зря ей это говорит. Мог быть плод. Всё возможно для Господа. Дающий знак должен дать и плод. Вот, думается мне, об этом здесь.

И притча о талантах, она, на самом деле, тоже об этом же. О том, что вот этого плода, вот этих дополнительных двух, или пяти, или сколько там талантов  - вот чего Господь от нас ждёт. Урожая Он от нас ждёт, бкудь он в виде вот этих талантов, будь он в виде плодов на смоковнице.

А о том, что Господь иногда даёт на эту смоковницу совершенно плоды не в то время, когда мы ожидали бы, мне вспоминается история о такой девочке, может быть, кто-то из вас её помнит, Нике Турбиной. Она писала стихи, там, чуть не с трёх лет. Замечательные. Стихи взрослого человека. Но её Евтушенко потом стал продвигать, там, рекламу ей устроил. Она, как это часто бывает с людьми, не выдержала груза известности, стала спиваться, съезжать, в итоге покончила с собой.

Но я не об этом хочу сказать, не об это трагической судьбе, хотя она очень поучительна, конечно, тоже. Я хочу сказать: вот, Господь малому ребёнку дал поэтический дар, достойный крупного поэта. А Моцарту в три года Он дал дар, достойный крупного композитора. А Пушкин Александр Сергеевич в одиннадцать лет писал какие стихи зрелые в лицее, вот если кто его первые стихи почитает.

Вот понимаете, это вот что. Что нет, Господи, ещё не время плодов - это не отговорка. И не слишком раннее, и не слишком позднее. Всегда время плодов для Господа. Было бы желание Ему эти плоды принести.

Двадцать девятый стих.

"Так и когда увидите то сбывающимся, знайте, что близко, при дверях".

Здесь, конечно, говорятся, говорится о знаках времён в истории человечества, что вот близится конец света. Войны, там, что-то ещё.

Но я хочу сказать, что знаки бывают не только в истории человечества. эти знаки, вот типа этой смоковницы распускающейся, бывают и в нашей душе. Ну, как же, здесь же сказано вот, что это подобие смерти. Вы знаете, вот эта вот распускающаяся смоковница для человека, например, который приходит ко Христу, приходит в Христианскую Церковь. Это, на самом деле как бы знак немножко смерти. Так Церковь, между прочим, понимает, что человек, ставший христианином, умер для прежней жизни и родился для новой. И в самом даже Таинстве Крещения Церковном произносятся эти слова, что он вот умирает и рождается заново. Вот.

И вот в наших душах, - я это говорю и по своему опыту тоже, - в наших душах еще не произошло это событие, как бы, смерти и нового рождения во Христа, в Господа, а знаки, какое-то шевеление внутри души у человека уже есть. И важно эти знаки увидеть и не пропустить.

И ещё. Здесь сказано вот так: "Близко, при дверях". А что при
дверях-то? А это Господь стоит при дверях. И что, Он стоит при дверях и молчит? Нет. Он стучит. Он стучит в двери нашего сердца. Он так говорит, Христос, в нескольких местах Евангелия: "Стою и стучу". Он стучит, но не сапогом же Он стучит, правда? И не взламывает эти двери нашего сердца. Он тихо стучит, а мы, может быть, в это время слушаем рок-музыку, так, фигурально выражаясь, и не слышим, как Он стучит. А может быть, кто-то и слышит, а не хочет слышать, не хочет открывать.

Вот понимаете, вот нам важно видеть эти знаки. Знаки как стуки. Знаки как стуки Господа в наше сердце. Нам важно бодрствовать, быть внимательными, чтобы не пропустить этого, чтобы различить. Ещё и потому, что, как я вам казать, время ограничено. Господь, Который в к
аком-то возрасте, вон, в сорок, пятьдесят, шестьдесят, семьдесят, восемьдесят лет, вот, подошёл к нашему сердцу и стучит в него, Он, может быть, не будет годами стучать. Он постучит, Ему не откроют, и Он пойдёт дальше, к тем, кто Ему откроют. Вот. Ещё об этом. Не пропустить. Поспешность.

Дальше. В тридцатом стихе сказано:

"Истинно говорю вам: не прейдёт род сей, как всё это будет".

Здесь слово "род" можно понимать по-разному. Можно понимать род - это вот те конкретные люди, вот с кем Он разговаривает, Его ученики. Вот ещё они не умрут, как всё это будет. Можно понимать род - это их род в смысле вот нация, Израиль, Иудеи, что вот, как говорится, не переведутся евреи ещё, как всё это будет. А можно под родом сим понимать всё человечество, что всё человечество ещё не исчезнет, а это произойдёт.

Так вот, если понимать в смысле Израиля, то, конечно, мы знаем катастрофу Иерусалима. Да, вот она произошла. Не так уж долго после этого - через тридцать-сорок лет.

А человечество - вот оно, существует, слава Богу, по сей день, и день и час этот ещё не наступили. И мы, по слову Христа, верим в то, что да, вот мы, мы себя не истребим ядерной войной, не погубим себя каким-нибудь новым СПИДом или чем-то ещё, мы будем существовать, люди, в тот День, когда придёт Господь в славе Своей к нам.

Вот эти слова Его важные в тридцать первом стихе:

"Небо и земля прейдут, но слова Мои не прейдут".

О том, что небо и земля прейдут, говорится в Большом Апокалипсисе, в Откровении Иоанна, что будет новое Небо и Новая Земля. То есть, вот эта вся наша жизнь, которую мы видим вокруг себя, она исчезнет. А эти слова Христа, которые, как бы, рисуют нам устройство Вселенной, они останутся в силе и тогда, и всегда.

И, может быть, ещё важнее нам это понимать в нашей жизни. Вот мы умрём - и всё то, что мы видим вокруг себя, перестанет существовать. Мы что-то новое начнём видеть и ощущать вокруг себя, другой, новый мир. Но это небо и эта земля - всё, они от нас уйдут навсегда. А слова Христа, если мы их скопили в своём сердце, они и эту грань перейдут и будут с нами и в этой новой жизни. Они будут нас сопровождать туда. Сопровождать и вести нас, как бы, вот в эту новую жизнь, слова Христа, живущие в нас.

Дальше слова, которые больше всего дискуссий порождают.

"О дне же том или часе никто не знает, ни Ангелы Небесные, ни Сын,  но только Отец".

Ну, мы понимаем, что мы да, мы можем не знать, потому что Господь специально от нас это укрыл, как Он укрывает Своё присутствие в мире, не показывается нам явно по какому-то Своему замыслу. По какому? Как считает Церковь, Он не показывается нам явно, Господь, в мире, чтобы у нас именно было это движение души, веры в Него. Веры, которая не поддерживается какими-то конкретными доказательствами.

Точно так же Он нам не сообщает о дне том и часе, чтобы мы не расслабились, не успокоились, не сказали бы: "Ну, это ещё через миллион лет, а мы пока, на наш век хватит, будем есть, пить и веселиться".

Но непонятно тогда, почему Он это скрывает от Сына тоже, то есть, от Христа, а это же Сам Христос говорит: "Не знает Сын". Ну, я вам две, два варианта скажу по этому поводу. Первый вариант - Сын и знает, и не знает. Он, как бы, знает, как Сын Своего Отца, как Бог, Который живёт во Христе, и Он не знает как Человек, потому что Он же вошёл в человеческую плоть.

И, как в любой человеческой плоти, есть сознание, а есть подсознание. Что-то мы знаем нашим умом, а что-то мы как бы знаем, но как бы и не знаем. Вот, например, наш мозг, который управляет всей физиологией нашего организма. Он, конечно, наш мозг, как бы, знает, как устроена наша физиология, но мы-то сознательно этого не знаем.

И вот Господь, входя в человеческое тело, Он принимает, наряду со всякими прочими человеческими свойствами, Он принимает это неприятное чувство раздвоения на сознательное знание и подсознательное.  Это называется кенозис, умаление Господа. Господь умаляется, входя в человеческое тело. Вот почему Сын может не знать.

Ну, и наконец, ещё. Это, может быть, самая, как говорится, глубокая интерпретация этого. Потому не знает, что время ещё не определено, что да, Замысел Бога есть, он существует, но этот Замысел реализуется во взаимодействии с человеческой свободой, которая проявляется как в истории человечества, так  в истории каждой жизни каждого из нас отдельно, в личной жизни.

То есть, это время, оно, как бы, ещё не определено. Неизвестно, когда это будет. Мне кажется правильным именно такое понимание. Но тогда можно спросить: "Но сказано, что Отец знает". Да, Он это знает. Но Он знает в Своём, Небесном времени, в котором Он живёт, Бог. Не в том нашем, земном времени, в котором мы вот, у нас календари, часы и так далее. И вот это Небесное время, в какую точку календарного времени оно войдёт? Да, там, на Небесах, всё решено. А в какую точку нашего календарного времени войдёт это событие Второго Пришествия - этого никто не знает. Этого, это, как бы, просто не определено ещё здесь, на этой нашей земле.

И в заключение, вот это последнее, я не буду с вами это повторять, мы прочли это с вами гораздо шире в Евангелии от Матфея: "Смотрите, бодрствуйте и молитесь".

Бодрствуйте и молитесь - это соединено. О чём молиться? Почему Христос соединяет это?

Мы ведь часто молимся, чтобы Бог дал нам здоровья побольше, того, сего в жизни. А молиться надо, вот по этому слову Христа, чтобы нам, бодрствующим, Господь дал глаза увидеть эти знаки. В первую очередь знаки нашей собственной жизни. Так горько смотреть потом уже, даже иногда на собственную жизнь оглядываешься, вспоминая, как в этой жизни проходил мимо явленных тебе знаков.

Молиться о том вот, чтобы Господь нас надоумил различать, слышать Его Голос, который не словами иногда звучит, а событиями нашей жизни .

И вот последний стих этот: "Что вам говорю, говорю всем: бодрствуйте!"

Да, это, понятно. Христос говорит это Своим ученикам. И, как бы, Он за этими учениками видит сонмы, миллионы, миллиарды людей, которые за этими учениками потом последуют, в том числе и нас с вами. То есть, Он через учеников нам это с вами говорит: "Бодрствуйте и молитесь".

И помимо ещё нас с вами, я об этом как-то здесь уже говорил, за нами, людьми, тогдашними или теперешними, Господь видит то, чего не видим мы, - мир духов, вот эту другую,духовную Вселенную, Ангелов Своих и так далее. И Он всем им говорит эти слова. Здесь не зря сказано слово "всем". Всем. Духам в том числе: "Бодрствуйте и молитесь", - говорит Он и Ангелам Своим. - "Бодрствуйте и молитесь о людях, о человечестве, чтобы они были готовы".

Вот эти два слова - бодрствуйте и молитесь. Будьте готовы. Вот то, мне кажется, самое главное, что мы должны вынести из этого Малого Апокалипсиса.

Пожлуйста, вопросы.